Основные образы и события, связанные с этой точкой, говорят о следующем:
«Первое в сем празднике — чаяние пробуждения Природы, прихода Весны-Красны и возвращения всей земной Красы. Сие возвращение пока только ожидается, в Природе еще оно ничем не объявлено, но велико желание его приблизить. Вместе с тем ожидается и скорое открытие Обучающего Курса Женских Чар, о котором мы поговорим более детально после окончания периода ретроградного меркурия.
Возвращаясь к теме празднований, вспоминаем здесь о прекрасных женских образах духов теплого времени, хранителях Земли и Жизни, готовим себя к торжеству встречи с ними самими. Призываем Весну-Мать, чтоб не мимо нас прошла, пожаловала.
Второе — весть о событии радостном: Белый День Темну Ночь превозмог. Два брата-всадника ходят один за другим круг земли по небу, не бьются, не ратуются, а постоянно один на прибыль, другой на убыль. И нет ни тому ни другому одоления. Чтим обоих равно, но большей радости ожидаем от Белого Дня, потому с его победою Свет и Тепло на Землю приходят. Радуясь о сем событии, в заоблачных высях произошедшем, славим Свет и Солнце Красное, ибо в этой небесной победе видим знак — и на земле окончательная победа недалека.
И третье — Зимы с Летом последняя схватка не за горами. Лукавый зимний дух просто так не уйдет, то силой попрет, то хитростью — отступит, обманет да вновь налетит. Мы — на стороне Лета. И чтобы Лето поддержать, наполняем эти дни такими действами, где проявляется сила ярая и удаль, чтобы их в мире прибыло. Костры запалим высокие, блины затворим послаще, зелья запасем покрепче, чтобы петь громче, а смеяться жарче, и сим жаром растопить ледяные стены крепости, за которой Зима скрывается».
Возрождение Солнца — очевидный мифологический символ праздника. Хотя солнечное его значение в значительной степени утрачено и в Западной, и в Восточной Европе (в связи с тем, что праздничный цикл прихода Весны сделался переходящим), но следов почитания Солнца сохранилось немало и в символике, и в обрядах. Это и круглая форма обрядового печенья, и использование в качестве символа праздника столба с колесом или целого костра из колес. В части, посвященной обряду, мы более подробно будем говорить о масленичном блине, который в качестве обрядовой трапезы несет не только солнечное, но и поминальное значение
Второй ряд универсальных мифологических сюжетов и образов, связанных уже не с твердой датой Равноденствия, а с целым долгим периодом — приход и встреча Весны. Здесь образы и сюжеты связаны с призванием и пришествием Богини в уже вполне явленной ощутимой ипостаси. Распространенный общеевропейский образ — Богиня-Невеста, вышедшая замуж на Имболк, зачинает ребёнка, чтобы выносить его к следующей Коляде. Это отражено и в современной христианской обрядовости: 25 марта — Благовещение (Annunciation), момент, когда весть о зачатии ребёнка- Бога достигает мира людей (сплетни родились раньше человечества
Весна в наши края приходит с боем — вернее, Зима без боя не уходит. Устойчиво связан с Масленицей миф о борьбе двух начал, которая присутствует и у славян, и у балтов, и у скандинавов — борьба Зимы, традиционно предстающей в образе старухи, и Девы-Весны; победа над Марой-старухой, ее повержение и изгнание; взятие снежной крепости..
Может сложиться впечатление, что у славян и балтов в силу климатических особенностей сюда перекочевали некоторые из тех мифо-образов, которые у островных кельтов связаны с Имболком, и в первую очередь — образ Красы-Девы, обновленной Невесты. Но это не совсем так. Согласитесь: образ с одной стороны огненной, с другой — ледяной Девы Имболка, грозной Громницы, в котором в полной мере реализуется девственный, страшный в своей чистоте аспект женской силы
(чистота эта в своей максимальной форме наводит на аналогии с очищающими кострами инквизиции); и румяная, развеселая, шебутная Весна-Красна славянской Масленицы... Дева, да не та. В ней — в полной мере присутствует ПОТЕНЦИАЛ плодородия, хотя до самого плодородия еще далеко. В ней нет застылости, нет и истовости Ледяной Девы Имболка..
Если на Имболк мы ждем обновления от воды, то на Равноденствие, ожидая Весну на крыльях птиц, обращаемся к воздуху
Посвящение этого праздника Богине проявляется и в том, что с Масленицы и по самый Петров день поются песни с припевом «Ладо! »
Интересным мифологическим образом, не поддающимся однозначной трактовке, является символ Масленки-чучелка, которое, в разной обрядовой традиции 1) выносится (приходит) в ответ на закликание Весны
и торжественно встречается участниками; 2) отбивается у защитников Зимы сторонниками Весны и 3) сжигается, что, собственно, обычно символизирует собой окончание сакральной части праздника.
С одной стороны, в некоторых традициях Чучелка однозначно ассоциирована с Зимой, и в этом случае ее сожжение — символ окончательной победы Дня над Ночью и Весны над Зимой. Сторонники иной точки зрения говорят о том, что в этом случае непонятно, зачем ее встречать: ведь Зиму на этот момент времени встречать не надо, она уже на дворе и все еще сильна: и на переходящую Масленицу, и на Весеннее Равноденствие в большинстве славянских стран еще лежит снег.
Другое мнение — что Масленка — это и есть Весна, так как она приходит в ответ на призывание Весны. Тогда и вовсе непонятно, зачем ее сжигать, если с таким трудом закликали русская логика
Третье, и наиболее вероятное: Масленка — и не Зима, и не Весна, а скорее всего — отдельный, родственный им обеим, но не столь значительный персонаж. Это не дух большого времени года, но дух небольшой полосы, стоящей на грани Зимы и Весны, когда все еще не понятно, какая стихия возобладает
Традиция знает примеры почитания духов особо значимых дней — дней недели или первых дней месяца, отдельных праздников или цикла праздников. Такого духа наделяют собственным именем — мужским или женским, родством с другими духами и божествами, чертами лица, а подчас и свойствами характера, сходными с характером погодных и природных явлений этого времени. Масленка в народных песнях именуется «широкой», «веселой», она же «обмануха», то есть обманщица; «полизухой»нет. не в смысле древней профессии..
Если же обратиться к масленичным песням, то Масленка предстает в них не только как Гостья, но и как Жертвонька. Ее сжигают (что распространено по всей Европе), а в некоторых русских песнях, а местами еще и закапывают
... мы на горе побывали, побывали, Блином гору выстилали, выстилали,
Сыром гору набивали, набивали,
Маслом гору поливали, поливали...
И снова — аналогия с Колядой, когда при рождении нового Солнца неминуемо погибал «демон года», Коза. Дух старого времени должен уйти, чтобы Солнце следовало дальше. Эта мифо-образ, отражающий основополагающее традиционное понятие о ходе Времени, объединяет как минимум два праздника Солнечного Крестасм. предыдущие статьи раздела, воплощаясь, в первую очередь, в ряжениях, затем в песнях, описаниях примет и заговорных текстах.
На Коляду, согласно песням, Козу ждет возрождение. Ожидает оно и похороненную Масленку:
.. Лежи, Масленка, до Налетья, До Налетья,
Пока придет добра слетья,
Добра слетья, люли, добра слетья.
А на лето мы раскопаем,
Раскопаем, люли, раскопаем
И обратно ее раскатаем,
Раскатаем, люли, раскатаем.
В более романтическом выражении мифо-образы Весеннего Равноденствия предстают нам в сказке о Снегурочке
Другую сторону того же мотива освобождения мы можем увидеть в сказке о Гусях-Лебедях, где юная дева освобождает маленького братца — символ молодого солнца и молодого года. Тот же сюжет в немного другом выражении встречаем мы и в бессмертном произведении датского сказочника о «Снежной королеве».
Переслать себе или поделиться с помощью Часть 1 Весеннее Равноденствие, Комоедица, Остара, Summer Finding, Проводы зимы
Часть 3 Славянская обрядность: Веснянка, Комоедица, Сорок Мучеников и Весеннее Равноденствие
Часть 4 Обрядность кельтов и германцев на Масленицу и Весеннее Равноденствие
Часть 5 Обрядность балтов: Весеннее Равноденствие, Мора, проводы Зимы и приход весенних Духов
